Полиция Костанайской области обвинила руководителя ТОО «Қазақ Тұлпары» Шолпан Мурзагулову в клевете на главу крестьянского хозяйства «Барыс» Асхата Тулеуова. Поводом стала первая публикация ФБРК, которая была основана на посте гражданского активиста. Дело дошло до суда и было прекращено, а прекратить его просил сам прокурор. В этой истории важно не только то, чем закончилось дело, но и то, как спор двух хозяйств из-за договора превратился в административное преследование.
ЧТО ЗА ХОЗЯЙСТВО
Костанайская порода - единственная отечественная верховая порода лошадей. Официально её разводит только ТОО «Қазақ Тұлпары», дочерняя организация Национального аграрного научно-образовательного центра (НАНОЦ). Только это хозяйство может оформлять племенные паспорта, а значит, и претендовать на госсубсидии на сохранение породы.
Примерно до 2022 года ТОО финансировал НАНОЦ, а затем пришлось искать инвесторов по схеме «совместной деятельности». С марта 2026 года таким инвестором стало КХ «Барыс» Асхата Тулеуова. Летом, по словам Мурзагуловой, КХ без предупреждения отказалось от ухода за табуном, лошадей нашли без пастуха, воды и корма, а племенное поголовье сократилось до менее 100 голов. Об этом ФБРК писал в июле.
ЧТО ПРОИЗОШЛО
22 августа 2026 года инспектор отдела полиции Костанайского района Тимофей Малык составил на Мурзагулову протокол по части 2 статьи 73-3 КоАП РК («Клевета, совершенная с использованием масс-медиа или сетей телекоммуникаций»). Физическому лицу по этой статье грозит штраф в 180 МРП (778 500 тенге) или арест на 20 суток, должностному лицу - 650 МРП (2 811 250 тенге) или 25 суток.
Правонарушение в протоколе описано так: 24 июля 2026 года «на сайте fbrk.kz размещено интервью» исполняющей обязанности председателя правления ТОО, «в котором распространила заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство» Тулеуова. Дата правонарушения совпадает с датой выхода нашего первого материала.
Утром того же дня, 22 августа, ещё до появления протокола, Тулеуов разослал досудебную претензию Мурзагуловой, ТОО «Қазақ Тұлпары» и ФБРК. Оба наших материала, от 24 и 28 июля, он назвал в ней «интервью» Мурзагуловой, хотя цитировал наш текст вместе с пометками «по её словам». От Мурзагуловой и ТОО он потребовал опровержения и 20 млн тенге компенсации морального вреда, от ФБРК - опровержения на сайте. Об этой претензии мы писали в сентябре.
15 октября 2026 года судья Костанайского межрайонного суда прекратила производство по делу за отсутствием состава административного правонарушения. Прокурор в заседании также просил прекратить дело, а инспектор, составивший протокол, оставил решение на усмотрение суда.
КАКАЯ ПУБЛИКАЦИЯ ПОПАЛА В ПРОТОКОЛ
Наш первый материал, от 24 июля, основан на видеоинтервью, которое Мурзагулова дала гражданскому активисту Серику Байбекову. Второй материал, от 28 июля, мы подготовили уже после личного разговора с Мурзагуловой. В нём она рассказала об угрозах в свой адрес.
Байбеков, допрошенный в суде как свидетель, подтвердил, что записал интервью летом 2026 года в Тобыле на свой телефон с согласия Мурзагуловой и что о публикации ФБРК он не знал. Представитель Тулеуова сообщил суду, что интервью распространялось в TikTok и Instagram, а сторона КХ «Барыс» увидела его, «когда оно уже было распространено на сайте fbrk.kz».
Вечером 22 августа в Telegram-бот ФБРК написал человек, представившийся тем самым инспектором Малыком. Он сообщил, что Тулеуов подал заявление, и спросил, «кто дал интервью?». Первое сообщение пришло в 18:07, через 35 минут после времени, указанного в протоколе. 24 августа он уточнял: «вы сами опубликовали данную статью или со слов интервью?» Редакция отказалась раскрывать источники в мессенджере и предложила направить официальный запрос.
Получается, что Мурзагулову вписали в протокол как автора «интервью на fbrk.kz» ещё до того, как полиция выяснила у редакции, на чём основана публикация. Как «интервью» в протоколе указан материал, в котором редакция пересказывала пост блогера. А второй материал, единственный построенный на разговоре Мурзагуловой с ФБРК, в протокол не вошёл, хотя в заявлении Тулеуова он упоминался. На это в суде обратили внимание обе стороны.
ЧТО ПРИЗНАЛИ В СУДЕ
Защита Мурзагуловой ссылалась на договор о совместной деятельности, дополнительное соглашение к нему с обязательствами по лошадям, приказ от 1 июня 2026 года о передаче лошадей КХ «Барыс», претензию ТОО от 17 июля и уведомление о расторжении договора от 28 июля.
Представитель Тулеуова настаивал, что содержать лошадей должно само ТОО, у которого есть долги перед кредиторами, а КХ по договору от 20 марта 2026 года лишь обрабатывает его земли и оставляет товариществу 20% урожая. При этом он признал, что «прямого договора, который бы устанавливал обязательства» по лошадям, нет, а помощь была «добровольной». Сам Тулеуов сказал, что по акту лошади ему не передавались.
Кто прав в этом споре, суд не решал. Он оценивал только одно: распространяла ли Мурзагулова заведомую ложь. Ответ отрицательный. По формулировке суда, она «выражала своё личное суждение, обусловленное субъективным восприятием проблемы сохранения Костанайской породы лошадей, а не умыслом оклеветать кого-либо».
ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО
Клевета - это не просто неприятные или несправедливые слова, а заведомая ложь, о которой человек знает. Когда руководитель государственного предприятия публично говорит о проблемах с инвестором и опирается при этом на приказы, претензии и уведомление о расторжении договора, речь идёт о споре, который решается в гражданском порядке. Защита говорила суду именно об этом, и итог дела с этим совпал.
Давление шло сразу по двум направлениям: административное дело о клевете против Мурзагуловой и требование 20 млн тенге к ней и к государственному товариществу, у которого, по словам самой стороны КХ «Барыс» в суде, и так есть долги перед кредиторами.
Если такие споры переводить в административную плоскость, руководители подведомственных предприятий получают ясный сигнал: о проблемах лучше молчать. Тем более что, по словам Мурзагуловой в нашем втором материале, представитель НАНОЦ советовал ей «помалкивать».
История с «Қазақ Тұлпары» - не единственная, где на публикации о структурах НАНОЦ отвечают через суд. Директор Научно-производственного центра зернового хозяйства (НПЦЗХ) имени А.И. Бараева Бауыржан Калибаев подал иск к основателю ФБРК Кириллу Павлову и главному бухгалтеру Центра Гульнар Кабдиной из-за публикаций, основанных на её обращении в госорганы. 20 октября межрайонный суд по гражданским делам Астаны частично удовлетворил иск: из трёх групп сведений недостоверной признана одна, а вместо заявленных 2 млн тенге морального вреда суд взыскал по 100 тыс. тенге с каждого ответчика. Решение не вступило в силу, ФБРК его обжалует.
ЧТО ДАЛЬШЕ
Постановление можно обжаловать в Костанайском областном суде в течение 10 суток со дня вручения копии. Подавали ли жалобу Тулеуов или прокурор, редакции неизвестно.
Договорный спор между ТОО и КХ, если стороны захотят его решить, остаётся предметом гражданского разбирательства. А открытым остаётся главный вопрос, с которого начиналась эта история: кто сегодня содержит последнее племенное поголовье костанайской породы и что будет с ним дальше.
МНЕНИЕ РЕДАКЦИИ
В этом деле обвинение в клевете не выдержало проверки в суде, причём сомнения в нём высказал и прокурор. Мы по-прежнему считаем, что проблемы вокруг «Қазақ Тұлпары» нужно решать проверкой исполнения договоров и управления государственным активом, а не преследованием тех, кто о них говорит, и не претензиями к журналистам. Напоминаем, что по статье 38 Закона «О масс-медиа» КХ «Барыс» может бесплатно опубликовать свой комментарий в наших материалах, и это предложение остаётся в силе.
