Костанайская порода, единственная отечественная верховая порода лошадей и часть селекционного наследия страны, уже не первый раз оказывается в центре скандала вокруг её же хранителя, ТОО «Қазақ Тұлпары». По данным, которые озвучивает руководитель предприятия Шолпан Мурзагулова, племенное поголовье сократилось до критической отметки - менее 100 голов, зарплаты не выплачиваются, а единственный инвестор внезапно отказался от обязательств, оставив лошадей без ухода. На этом фоне закономерно встаёт вопрос: почему структура, подведомственная АО «Национальный аграрный научно-образовательный центр» (НАНОЦ), вот уже который раз оказывается в положении, где выгоднее не спасать актив, а довести его до истощения - и кому в итоге может достаться ценная земля?
ЧТО ПРОИЗОШЛО
ТОО «Қазақ Тұлпары» - дочерняя организация НАНОЦ, структуры, подведомственной министерству финансов РК. По словам руководителя ТОО Шолпан Мурзагуловой, с марта 2026 года единственным источником финансирования предприятия выступало КХ «Барыс» во главе с Асхатом Тулеуовым, взявшее на себя обязательство полностью содержать хозяйство. При этом само КХ «Барыс» не входит в структуру НАНОЦ, то есть юридически и организационно это два разных субъекта, связанные только договорными обязательствами.
Как сообщает руководитель предприятия, у ТОО накопились задолженности по заработной плате и перед контрагентами. Затем, как рассказывает Мурзагулова, Асхат Тулеуов в одностороннем порядке отказался от ухода за лошадьми и потребовал забрать животных с летней дойки на территории сельскохозяйственной опытной станции (СХОС) «Заречный» - без предварительного уведомления, которое, по её словам, было предусмотрено договором. Когда представители ТОО прибыли на место, лошади, по её утверждению, находились без пастуха, воды и корма. 10 июля 2026 года табун своими силами перегнали в село Осиновка; один жеребёнок, по словам руководителя, оказался в тяжёлом состоянии и был доставлен в село Заречное на лечение.
Отдельно Мурзагулова обращает внимание на схему с сенокосными землями. ТОО, по её словам, сдаёт часть земель в аренду тому же КХ «Барыс», которое впоследствии продаёт заготовленное на них сено обратно предприятию. Кроме того, по её утверждению, в отношении неё было подано заявление со стороны Сабыржана Калмухамбетова, директора департамента управления активами НАНОЦ, которого Мурзагулова связывает с продвижением интересов КХ «Барыс».
ЗАЧЕМ ГОСУДАРСТВУ КОСТАНАЙСКАЯ ПОРОДА - И ПРИ ЧЁМ ТУТ ЗЕМЛЯ
«Қазақ Тұлпары» - не рядовое агропредприятие, это одна из немногих площадок в стране, где ведётся направленная селекционная работа с костанайской породой, включая банк генетического материала. Судьба конезавода уже становилась предметом государственных инициатив. В разное время звучали планы создать на базе Актюбинской СХОС Институт коневодства, куда должно было войти и само ТОО. Правда, до дела, как это часто бывает, так и не дошло.
К спасению породы также подключались профильные специалисты, в частности, конезавод «Кобланды» передавал производителей для улучшения линии. Отдельным ресурсом является и земля предприятия. Карабалыкская СХОС в своё время вкладывалась в подъём залежных участков, то есть актив интересен не только животноводам, но и тем, кто оценивает его исключительно как земельный ресурс.
Важно здесь и то, что происходящее с «Қазақ Тұлпары» - далеко не изолированный случай, а часть узнаваемого уже рисунка. Ранее редакция ФБРК писала о системном кризисе в структурах НАНОЦ. Ярким тому примером стала ситуация в Научно-производственном центре зернового хозяйства имени А.И. Бараева. Речь тогда шла и о том, что значительная часть земель холдинга (свыше 30% из порядка 140 тыс. га пашни) фактически сдаётся в аренду под видом «совместной деятельности», а институты, получающие бюджет как научные учреждения, на практике живут на процент от чужих посевов. Схожие сигналы поступали из Карагандинской сельскохозяйственной опытной станции имени А.Ф. Христенко, также подведомственной НАНОЦ, где зерно вывозилось по фиктивным сделкам, а премии сотрудникам начислялись из бюджетных средств с нарушением установленного порядка.
ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ
Если сопоставить факты, вырисовывается не единичный конфликт хозяйствующих субъектов, а структурная уязвимость модели управления активами НАНОЦ. Схема, при которой дочернее предприятие полностью зависит от одного-единственного внешнего инвестора, причём инвестора, формально не входящего в периметр самой государственной структуры, создаёт разрыв ответственности. Если что-то идёт не так, НАНОЦ может утверждать, что обязательства были на стороне частного партнёра, а частный партнёр - что его функция была вспомогательной, а не системообразующей. В этом разрыве, вероятно, и «потерялось» поголовье лошадей.
Описанная руководителем ТОО схема аренды сенокосных угодий с последующей продажей того же сена предприятию соответствует уже знакомому по другим структурам НАНОЦ паттерну. Актив не развивается, а обслуживает интересы стороннего пользователя, который получает доход от чужой земли, оставляя формальному владельцу долги.
Стоимость земли, которой располагает ТОО, и её потенциал как аграрного актива, судя по интересу к аналогичным площадкам со стороны других хозяйств региона, вряд ли являются секретом для руководства НАНОЦ. На этом фоне поведение единственного инвестора, отказавшегося от содержания лошадей без предварительного уведомления, и заявление в адрес руководителя ТОО со стороны представителя профильного департамента едва ли кажется случайным. Может ли быть так, что для отдельных сторон гораздо выгоднее довести предприятие до состояния, при котором его земли проще передать «эффективному» пользователю, чем поддерживать затратную и небыстро окупаемую селекционную работу? Есть ощущение, что именно такой логикой могут руководствоваться «заинтересованные лица», без вмешательства которых в этой истории явно не обошлось.
Редакция ФБРК продолжит следить за развитием событий.
