В двух сёлах округа Нарынкол Райымбекского района Алматинской области сообщают о гибели около 25 голов скота. Причина пока неизвестна, но на фоне предыдущих случаев падежа животных в Казахстане эта история вновь возвращает к неудобному вопросу: сколько ещё хозяйств столкнутся с гибелью скота, прежде чем появятся понятные ответы о причинах?
ЧТО ИЗВЕСТНО
На кадрах видны павшие животные, в том числе крупный рогатый скот и лошади. Автор видео в Facebook сообщает о гибели около 25 голов скота в двух сёлах округа Нарынкол.
Житель также призвал власти разобраться в ситуации и напомнил, что для сельских жителей скот — важная часть хозяйства.
НА ФОНЕ КАКИХ СОБЫТИЙ РАЗВОРАЧИВАЕТСЯ ИСТОРИЯ
К слову, «неизвестная болезнь» в Казахстане в последнее время настигает чуть ли не всех домашних и диких животных: сайгаков, крупный рогатый скот сразу в нескольких областях, а также мелкий рогатый скот.
Весной эта история особенно обострилась на фоне массового заболевания КРС в Западно-Казахстанской области (ЗКО). Официальный диагноз — пастереллёз. Однако доктор ветеринарных наук Гайса Абсатиров усомнился в нём: по его мнению, поражения ротовой полости, хромота и гибель молодняка не соответствовали клинической картине этого заболевания.
В мае вице-министр сельского хозяйства Амангали Бердалин заявил, что пробы, взятые в 477 населённых пунктах, дали отрицательные результаты на ящур. При этом две пробы оказались положительными на ринотрахеит — инфекцию, симптомы которой, по словам чиновника, могут путать с ящуром. По официальной версии, ящур в Казахстане не зарегистрирован. Но вопросы к причинам массового падежа скота от этого никуда не исчезли.
Основатель ФБРК, агроэксперт Кирилл Павлов отмечал, что получив статус страны, свободной от ящура, Казахстан оказался в довольно странном положении — о ящуре говорить уже нельзя, поскольку на бумаге его как бы нет, зато можно неустанно штамповать «неизвестные болезни»; чем благополучнее выглядит эпизоотическая статистика на бумаге, тем неохотнее ведомства спешат с диагнозами.
А ЧТО С СИБИРСКОЙ ЯЗВОЙ И БРУЦЕЛЛЁЗОМ
В 2025 году в Казахстане вновь фиксировали вспышки сибирской язвы — в Акмолинской, Костанайской и Туркестанской областях, а также в Шымкенте. В 2026 году последние сообщения касались уже другой проблемы: в сентябре выяснилось, что в Косшы жилые дома оказались в санитарной зоне сибиреязвенного захоронения. По данным управления ветеринарии Акмолинской области, в регионе числятся 250 очагов, но местоположение известно только для 67.
Бруцеллёз, напротив, продолжает подтверждаться лабораторно. В октябре суд в Костанайской области обязал хозяйство направить заражённый скот на санитарный убой. При этом получить полную картину распространения инфекции среди животных по открытым данным затруднительно. Комитет ветеринарного контроля и надзора отнёс к информации для служебного пользования сведения об очагах заболевания скота, вакцинации и методике подсчёта.
Получается знакомая картина: животные гибнут, владельцы пытаются понять причину, а общественное обсуждение снова начинается раньше, чем появляется официальный диагноз. Это не доказывает, что за падежом в Нарынколе стоит какая-либо конкретная инфекция. Но без оперативного обследования и понятного ответа ветеринарных служб история рискует остаться ещё одним эпизодом, в котором причина так и не будет названа.
