Государственный орган, отвечающий за сферу информации, направил в Министерство иностранных дел (МИД) РК письмо с просьбой соблюдать закон при рассмотрении журналистских запросов. Поводом стали три запроса ФБРК о судьбе дальнобойщика из Щучинска Ивана Чекулаева, осуждённого в Грузии. На них МИД отвечал общими фразами, отсылал журналистов к жене осуждённого, а затем потребовал доверенность от него самого.
ЧТО ИЗВЕСТНО О ДЕЛЕ ИВАНА ЧЕКУЛАЕВА
8 октября Потийский городской суд приговорил дальнобойщика из Щучинска к 16 годам лишения свободы. На таможне порта Поти у него изъяли 56 таблеток тилидина. Это сильное обезболивающее, которое в Германии отпускают по рецепту, а в Грузии оно входит в список наркотических средств. Сбыт Ивану не вменялся. По словам семьи, 30 октября приговор обжалован.
Подробнее об этой истории ФБРК рассказывал в спецвыпуске на YouTube и в материале на сайте.
О ЧЁМ РЕДАКЦИЯ СПРАШИВАЛА МИД
С октября ФБРК направил в Министерство иностранных дел три журналистских запроса. В первом, 12 октября, редакция спросила о позиции министерства по приговору и о конкретных действиях посольства в Грузии.
Второй, 15 октября, редакция направила по совету самого посольства: консульство в Тбилиси ответило, что с журналистами не общается, и направило в пресс-службу МИД. В нём мы спрашивали, был ли у Ивана переводчик и защитник на всех заседаниях и вручён ли ему приговор.
Третий, 2 ноября, касался стадии обжалования: когда Иван получил приговор в переводе на русский, навещали ли его сотрудники посольства после 29 июля и как помогли с апелляцией.
КАК ОТВЕЧАЛ МИД
Первый ответ состоял из общих фраз: дело на контроле, посольство помогало искать адвоката, «состоялось посещение», обжалование приговора относится к компетенции защиты. Ни одной даты в нём не было.
Второй ответ пришёл с реквизитами первого. На вопросы о переводчике и приговоре он не отвечал, а заканчивался советом: «Для получения дополнительной информации по указанному делу рекомендуем обратится к супруге И. Чекулаева».
В третьем запросе редакция заранее предупредила, что такой совет ответом не считает. Тогда МИД отказал со ссылкой на закон о персональных данных и потребовал документ, подтверждающий полномочия на представление интересов Ивана Чекулаева. При этом в первом ответе сведения о посещении и судебных заседаниях министерство дало без всякой доверенности.
На все три ответа редакция подала жалобы, а 6 ноября обратилась в Министерство культуры и информации (МКИ), которое отвечает за государственную политику в сфере информации и доступа к ней.
ЧТО ОТВЕТИЛО МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ И ИНФОРМАЦИИ
Ответ МКИ пришёл 13 ноября, его подписал первый вице-министр Канат Искаков. Министерство сообщило, что направило в МИД письмо с просьбой «обеспечить соблюдение требований законодательства Республики Казахстан при рассмотрении журналистских запросов».
В письме МКИ напомнило две нормы. По статье 36 Закона «О масс-медиа» на запрос средства массовой информации нужно ответить в течение пяти рабочих дней. А подпункт 6) статьи 9 Закона «О персональных данных и их защите» допускает сбор и обработку персональных данных без согласия человека при законной профессиональной деятельности журналиста. Именно на эту норму редакция ссылалась, когда спорила с МИД.
В ответе редакции МКИ также уточнило, что не вправе проверять другие центральные госорганы. Оно напомнило, что закон допускает отказ в предоставлении информации с ограниченным доступом. Но именно в МИД отправило напоминание о праве журналистов на информацию. В письме подчёркнуто, что министерство «придаёт особое значение» открытому и конструктивному взаимодействию госорганов с медиасообществом.
ЧТО ДАЛЬШЕ
Редакция ждёт ответов на жалобы в МИД. После письма МКИ мы рассчитываем, что на вопросы о том, что посольство сделало для казахстанца в грузинской тюрьме, министерство наконец ответит по существу. ФБРК продолжает следить за ситуацией.
